Астрология как наука. Глава 3

В прошлый раз мы говорили о периодизации астрологии. Сегодня же обратимся к тому, как работает принцип всемирной симпатии — идейная основа нашей науки? Мы увидим, что и среди астрологов нет единства во взглядах на нее.

Где, как не в этой главе, привести и типы скептической аргументации против астрологии. С этой темой стоит ознакомиться из сторонних источников, например, с известной дискуссией астролога М. Левина с астрономом В. Сурдиным.

ОСНОВНОЙ ПРИНЦИП АСТРОЛОГИИ
*реферативный поиск обоснования и критики принципа, авторский анализ позиций астрологов*

В главе «Определение астрологии» мы уже упомянули о вариантах трактовки основного принципа астрологии — соответствия земной реальности астрономическим факторам: через физическое воздействие и через символическое соответствие. Рассмотрим их подробнее.
Именно авторы первой идеи настаивают на компетентности астрологии как естественной науки; такого рода представления об астрологическом «влиянии» уходят корнями в неоплатонический эманационизм и арабский аристотелизм, предполагающий наличие вертикальной причинности, связующей надлунный и подлунный миры [1, с. 218-220], а через них — в науку Нового времени. Таким образом, сторонники идеи физической природы астрологического воздействия небесных тел на земные объекты пытаются вписать астрологию в рамки механистической парадигмы. Классический пример подобных теорий описывает Ю. А. Данилов в своей небольшой статье «Гармония и астрология в трудах Кеплера» [2]: «…В его (Кеплера) изложении астрология превращалась в нечто, подобное физической теории резонанса: сами по себе небесные светила не оказывали влияния на судьбу человека, но душа в момент рождения человека запечатлевала углы между светилами и впоследствии особым образом реагировала на них».

Но спектр затруднений для науки в астрологии слишком широк: даже если принять существование особой силы, присущей небесным телам и влияющей на земную реальность, невозможно объяснить эффекты, производимые знаками Зодиака и домами, которые являются, по сути, лишь секторами небесной сферы и никак не связаны с видимыми в них астрономическими объектами; или возьмем методы предсказательной астрологии, например: градусное расстояние между положениями определенных объектов в гороскопе рождения равно числу лет, когда владелец гороскопа ощутит соответствующее воздействие, — кроме прочего, здесь утверждается и особое значение единицы измерения — градуса угла. Таких затруднений очень много, практически ничто из арсенала астрологии не может быть одобрено экспериментальной наукой.

Однако в XX в. появились научные дисциплины, в которых реализовались отдельные астрологические идеи, как то: гелиобиология А. Л. Чижевского и космобиология Р. Эбертина. Чижевский обнаружил связь 11-летнего цикла солнечной активности с земными событиями, обнаружилась также связь периодической деятельности Солнца с размещением планет относительно него и друг друга. В своих трудах [3] он предполагает, что «астрология, если отбросить все ее мистические заблуждения, учит о связи всех вещей и явлений» . Космобиология находится в более тесных связях с астрологией, чем гелиобиология, и исследует влияние космических ритмов на все живое на Земле. Сведения, полученные в гелио- и космобиологических исследованиях, используются за рубежом и в нашей стране в биологии, геологии и медицине, а также в работе военной и космической авиации (для выявления вероятности катастроф во время испытаний и т. п.).

Современные критики астрологии (в России: В. Г. Сурдин [4], В. Л. Гинзбург, А. М. Черепащук; из зарубежных можно назвать Э. Фрэкноя [5]) присваивают ей статус лженауки и используют следующие виды скептической аргументации:

научная (ее основателем заслуженно можно считать Секста Эмпирика [6], окончательно оформилась к XVIII в. и до сих пор используется критиками);
социальная (появилась в XX веке в связи с резким взлетом популярности астрологии; речь идет о вредном влиянии популярной астрологии на различные сферы жизнедеятельности);
философская (спор о свободе воли, древнейшая из всех аргументаций);
статистическая (опирается на статистический анализ Крафта, Гоклена и др.).

Наиболее сильной является, конечно, научная аргументация, так как ее внимание приковано к самым основам астрологии, а не ее внешним эффектам. Но нельзя не заметить главный изъян современной научной критики: она полностью находится в рамках естествознания, в то время как многие астрологи взяли на вооружение идею абстрактного символизма астрологии и вовсе не стремятся утвердить ее как естественнонаучную дисциплину.

Концепция символического соответствия основывается на известном герметическом постулате «То, что находится внизу, аналогично тому, что находится вверху», преобразившись в лейбницевской философии в учение о предустановленной гармонии, она закрепилась ныне в юнговском понятии синхронистичности: «Синхронистичность указывает на параллельность времени и смысла между психическими и психофизическими событиями, которую наука пока что неспособна свести к общему принципу. Сам этот термин ничего не объясняет, он просто указывает на существование «смысловых совпадений», которые сами по себе являются случайными происшествиями, но настолько невероятными, что мы вынуждены предположить, они основаны на некоем принципе или на каком-то свойстве эмпирического мира. (…) Синхронистичность — это современный и модернизированный вариант устаревшей концепции соответствия, взаимопонимания и гармонии» [7, с. 192].

Сторонники этой идеи расходятся во взглядах на научность астрологии: некоторые говорят о ней как о науке (здесь речь, скорее, идет уже о гуманитарной дисциплине), опираясь в этом утверждении, в основном, на авторитет психоанализа (определение Э. Тесье «астрология — это наука о качестве момента времени» полностью юнгианское); другие видят астрологию исключительно как символическую систему, сближая ее этим с мантикой (А. Подводный: «Астрология — это символическая система, бессмысленно говорить о ее истинности или ложности, ибо правильность суждения определяется исключительно талантом толкователя» [8, с. 4]). К числу последних мы бы отнесли и Д. Радьяра, утверждавшего, что астрология подобна математике и логике: «Ни то, ни другое не имеет никакого реального содержания. И то и другое — формально, символично и условно… Астрология и математика сами по себе лишены субстанции. Но они вносят связь, паттерн, логику и порядок в любую субстанциальную реальность, которая с ними соотносится» [9, с. 53-54]. То есть, по Радьяру, астрология претендует на положение некоего логического аппарата, в первую очередь, для психологии (Радьяр является одним из видных теоретиков и разработчиков техник астропсихологии).

Упомянутая литература:
[1] Де Либера Ален. Средневековое мышление. — М.: Праксис, 2004.
[2] Данилов Ю.А. Гармония и астрология в трудах Кеплера. 1995. http://filosof.historic.ru/books/item/f00/s00/z0000050/, 10.05.2008.
[3] Чижевский А. Л. Земное эхо солнечных бурь. — М.: Наука, 1973.
[4] Сурдин В. Г. Почему астрология — лженаука? Жур. «Наука и жизнь», 2000, №№11, 12.
[5] Фрэкной Э. Вопросы к астрологам. Жур. «Наука и жизнь», 1990, №2.
[6] Секст Эмпирик. Сочинения в 2-х т. Т.2. — М.: Мысль, 1976.
[7] Юнг К. Г. Синхронистичность. — М., Киев: Рефл-Бук, Ваклер, 1997.
[8] Подводный А. Общая астрология. — М.: Аст-Пресс, 2000.
[9] Радьяр Д. Астрологическая психология. — Новосибирск: МП «Издательство Гермес», 1994.

***
Выяснив, что астрология предполагает наличие толковательной системы, в следующей главе мы определим ее элементы и классифицируем астрологические направления по этому принципу.

Перейти к списку глав.

Реклама

Астрология как наука. Глава 3: 2 комментария

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s